Четверг, 18 10 2018
Войти Регистрация

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *

«Любовь, Тургенев, лето»: победители

  • Среда, 10 октября 2018 16:05

В июле портал ГодЛитературы.РФ запустил конкурс рассказов о первой любви «Любовь, Тургенев, лето», приуроченный к юбилею великого русского писателя Ивана Тургенева. Мы предложили нашим читателям поделиться своей историей о первом чувстве — реальном или вымышленном. 

Результаты оправдали наши ожидания: за два месяца на конкурсную почту поступило без малого 600 работ. Рассказы нам присылали со всей России, а также из других стран: Норвегии, США, Казахстана, Швеции, Украины, Литвы, Сербии и Болгарии. Мы внимательно прочитали все присланные истории и благодарим всех участников за то, что они поделились ими с нами.

Тема нашего конкурса перекликается с названием повести Ивана Тургенева «Первая любовь». Председатель жюри конкурса, журналист и писатель Игорь Вирабов рассказал, почему, по его мнению, это произведение так притягательно. Игорь-Вирабов«Во-первых, надо понимать, что мы имеем дело с аморальной повестью. В 1860 году, только увидев рукопись, Тургенева пригвоздил Луи Виардо. Он был старше жены Полины на двадцать один год, Тургеневу в отцы годился (был старше на 18 лет) и страшно нервничал, читая эту повесть. Хотя, казалось бы, что он Гекубе, что ему Гекуба. Во французское издание «Первой любви» Луи вставил достаточно корявые поправки и приписки. Тургенев не сопротивлялся — но во всех других изданиях просил всё тихо выкинуть.А во-вторых, при всём при этом сам

«аморальный» Тургенев до последнего дня повторял, что из всех своих книг он перечитывает только одну — повесть «Первая любовь».

Что он в ней нашёл? Странная повесть, в самом деле. Написана полтора века назад. Конечно же, сегодня никому сюжет уже не покажется «безнравственным»: и не такое видывали в наше время. И всё-таки затягивает страшно.Повесть писал Тургенев сорокадвухлетний. Он, кстати, в этом возрасте уже был весь седой. То есть, седого «старика» по-прежнему не отпускала давняя история времён его юности. Как же он пережил её подростком?В книге — как и в жизни — всё происходило в 1833 году, когда ему только-только исполнилось 15 лет (хотя герою повести — шестнадцать). То, что случилось с ним, то, что попало в повесть или же осталось между строк, называлось просто: потрясение.В двух словах вокруг тургеневской «первой любви». Помните? — юный герой «Первой любви» ничуть не осуждал отца (которого застукал со своей воздушной юной Зинаидой) — наоборот, зауважал сильнее.

И заучил урок: если любовь — то сладким кажется даже удар хлыстом.

Но после тех событий, о которых в повести рассказано, с пятнадцатилетним Ванечкой случилось нечто необычное: за пару месяцев он, тяжело переболев, вдруг сразу вытянулся сантиметров на десять-пятнадцать. Такое редко, но бывает — сбилось что-то в организме, видимо, от нервов.Всё ведь пошло подряд: любовь любовью, но обожаемый отец скончался, следом поэтка Катя Шаховская (она же Зинаида в повести), маменька была ещё за границей, а приехала — и именно тогда в семье вдруг появилась «воспитанница», малышка Варенька, Биби (есть мнение, что это маменькин «грех», — но есть и версии поинтересней: с Варенькой всё куда сложнее).Словом, пошли такие фаусты и байронические манфреды — со всем «гнездом» Тургеневых и Лутовиновых. Любовь, обиды, ссоры и жестокости — всё по-семейному. Все страшно мучились и страшно опасались, чтоб только ничего не выплыло. Тайны семьи запрятали надёжно. Но в книгах у Тургенева кругом — их отголоски.Можно, конечно, не вникать во все эти подробности тургеневской биографии — читатель вовсе не обязан. Он просто открывает повесть. Там в водоворот закручена судьба подростка, судьба отца и матери, судьба прекрасной Зинаиды. Всё ясно и неясно, и затягивает. Окунёшься и не выплывешь. Даже полтора столетия спустя.Да может ли такое быть — чтобы из потрясений юности выросла загадка на всю оставшуюся жизнь? Ну притупляется же всё со временем. А у Тургенева именно так и вышло: сначала мучился и вроде бы переболел — а всё-таки всё время возвращался, ходил вокруг этой истории кругами. Источник боли, говоря высокопарно, стал источником для вдохновения.Сколько ни перечитывай его «Первую любовь» — загадка никуда не денется. Каждый читатель может примерять сюжет то к автору, то к самому себе. Пусть для кого-то повесть «аморальна» — но она заманчива, и кружит голову, и от неё светло.Сложно ли было именно так написать о своей первой любви? Вопросом на вопрос: легко ли было именно так всю жизнь прожить? Тема-то простая. Почесал в затылке, вспомнил, написал. Казалось бы. Но если по Тургеневу судить, то планка выше: у него в сюжете спрятана судьба. Это загадочно, но это не фигура речи.Среди рассказов, присланных на конкурс, симпатичных очень много. Часть рассказов можно объединить в группу историй «бабушкиных», про что-то давнее, времён советских. Наверное, звучит не очень: «бабушкины» — но на самом деле эти рассказы почему-то теплее других. И даже почему-то лучше выписаны.

Юрка в рассказе «За околицей детства» хочет догнать машину, которая увезла его мечту, и из последних сил кричит ей вслед не пошлое «люблю» — совсем наоборот: «Даша! Я тебя не люблю! Не люблю!»

И это, правда, очень хорошо. Прямо хорошая литература.Среди рассказов, присланных на конкурс, есть Майки разные. Майка смотрит в окно, упираясь в стекло кончиком носа — как в рассказе «Свет в его окне». Майка может быть чёткой, типа стильной в гардеробе Оли — из рассказа «Крыша». И вообще, в рассказе «Майя»: «Майя — хорошее имя! Хорошее-хорошее-хорошее! И нечего хихикать! А Димка Петухов — дурак». В этом рассказе дышится легко. «От лимонада у Майи щекочет в горле, от секрета — в животе. Сладко». Вот так и у читателя от этого рассказа. Чем плохо? Это хорошо.Есть группа сказочная. Даже почти научно-фантастическая. Есть чисто школьная. Есть продвинутая, ближе к блогосфере. Многие рассказы будто сливаются в один, перетекают друг в дружку. Это в рассказе «Икс» — или в рассказе «Игрек»? Чтобы вспомнить, надо заново перелистать. Конечно, может быть и так: с читателем не повезло. Но может быть, всё оттого, что не было в рассказах (как бы они ни были прелестны) чего-то — что ни с чем не перепутаешь.В рассказе от имени школьника — кажется, язык и мысли не его, не школьника. Или предложение: «Первоапрельским вечером кружил по ветру колкий апрельский дождь» — а какой еще, мартовский, майский? И почему «первоапрельский» — чтобы объяснить название рассказа «День дурака»? А отчего название такое? Можно, наверное, притянуть какое-нибудь объяснение, хоть за уши. Хотя рассказ хороший — в нём как раз есть тёмный омут отношений. Да, и среди множества «девчачьих психологий» и непременных бабочек в их животах — тут психология подростка-мальчика.Не очень-то понятны всё-таки слова в рассказе «Гранатовая девушка»: «Горы не знали, конечно, может ли простая любовь разразить их вековую стать». Наверно, это поэтично. Возможно, это по-восточному цветисто. И всё-таки я бы не рискнул ответить на вопрос: как разразить чью-нибудь вековую стать?

При этом в рассказе прелесть как раз в языке — он такой, с камушками во рту, гортанный, будто голос диковатых горцев.

Может, это и есть свежесть языка — и свежесть чувства. Тут главное есть — колорит!Можно понять героя рассказа про понедельники: многие вспомнят при желании свои бывшие школьные влюблённости, которые являются потом в кошмарных снах. Многие из присланных рассказов вполне могли быть стать сюжетами для сериалов — ну хотя бы для одной из серий.Есть жутковатая «Последняя любовь» — затягивает, между прочим. И финал, вполне достойный Голливуда, просто молчание ягнят.А если говорить о том, что трудно перепутать, — «Троллейбус Марта», этакий добрый «паровозик из Ромашкова». Можно цепляться к стилю, к языку — но ведь запоминается.

Любовь, известно, зла: полюбишь троллейбусшу — сам станешь троллейбусом.

А вот шутить о том, что все троллейбусы, увы, обречены быть рогоносцами, — да-да, шутить об этом глупо. Даже аморально».

А шеф-редактор «Года Литературы» Михаил Визель комментирует прочитанное так:

«Первая любовь была у каждого. Бери да опиши! Переменив имена и спрямив (или усложнив) обстоятельства. Но в жизни часто бывает, что какие-то сюжетные линии непроговорены, скомканы, оборваны. К сожалению, в представленных на суд жюри двадцати коротких рассказах это тоже чувствуется. Прекрасный, как говорят сценаристы, «сеттинг», завязка… и повествование обрывается, не  успев (или не сумев) развязать завязанные узлы. Реже наоборот — повествование в отведенных объемом рамках доведено до конца, но видно, что оно выдуманное, «головное», не пережитое. Если при этом еще хороший, уверенный  язык — то можно читать. Если же сырой, не выработанный — то совсем грустно. Я поставил пятерки тем участникам, где все компоненты совпали — достаточно интересная, необычная и при этом законченная история, написанная хорошим, адекватным сюжету языком. Все они хороши, все хочется отметить, за дальнейшей писательской судьбой всех «пятерочников» хочется проследить».Михил Визель о Бахтине

Писательница Анна Берсенева тоже поделилась своими впечатлениями от конкурсных работ: 

«Мне было интересно читать все рассказы, отобранные экспертами. Даже самые безыскусные из них отмечены искренностью, пусть и наивной. Есть истории с неожиданными сюжетными поворотами, и это уже немалое их достоинство. Всем рассказам присуща трогательность, что и понятно, так уж тема задана. В некоторых из них трогательность обычная, «слезовыжимальная», но встречаются и тонкие формы. Мне хотелось бы отметить рассказ Юлии Феоктистовой «Серега и Ленин» — привлекла способность автора не примитивно говорить о самом сложном — о простых чувствах. Запомнился и рассказ Галины Бабуровой «Троллейбус Марта» — здесь фантасмагоричность не выглядит нарочитой, а является органичной формой, в которую помещена любовь. Повествовательная манера обоих этих рассказов — не дилетантская, чувствуется художественный вкус авторов.Я желаю всем участникам конкурса не потерять радость, которую приносит творчество».

С рассказами знакомились не только наши ридеры и члены жюри, но и читатели. В народном голосовании за лучший рассказ приняли участие более 900 человек.

Лучшей читатели признали историю Софьи Черных из Берлина «Известия о любви», повествующей о первом чувстве подростков, встретившихся в дачном поселке.

А главные призовые места конкурса рассказов о первой любви «Любовь, Тургенев, лето» распределились так:

1 место — Галина Бабурова, г. Белгород — Троллейбус Марта

2 место — Сергей Кубрин, г. Пенза — Гранатовая девушка

3 место — Татьяна Ильдимирова, г. Кемерово — День дурака

Обладательницей Гран-при конкурса — романтической недели на двоих в 4-звездочном отеле в Красной Поляне (Сочи) и ужина в ресторане «Брунелло» — стала Александра Зайцева из Астрахани, автор рассказа «Майя».

Но это далеко не все сюрпризы. Отдельные рассказы, не вошедшие в тройку победителей, отмечены призами от нашего жюри. Юлия Феоктистова (рассказ «Серега и Ленин») получит подарок от Анны Берсеневой, а Леонид Алексеев (рассказ «За околицей детства») получит приз от Игоря Вирабова. Автор рассказа «Три тысячи четыреста понедельников» Андрей Дансков будет награжден специальным призом от «Года Литературы». 

Все победители и призеры получат подарок от партнера конкурса — книжного магазина Book24 — сертификаты на сумму 1000 рублей. 

Как помнят читатели, у нас есть еще один приз — онлайн-курс лекций в «Литературной мастерской» Андрея Аствацатурова и Дмитрия Орехова. Кому достанется курс, решит Андрей Аствацатуров — сейчас мы ждем от него ответа. 

Точная дата и место проведения церемонии награждения победителей и призеров конкурса будут объявлены дополнительно.

Источник: ГодЛитературы.РФ

Иллюстрация: фрагмент картины художника Дэвида Уолкли, ГодЛитературы.РФ

Прочитано 305 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии